Сайт, посвященный Андрею Евгеньевичу Снесареву

Сайт, посвященный геополитику-востоковеду генералу Андрею Евгеньевичу Снесареву

 

Новости сайта А.Е. Снесарева

Биография А.Е. Снесарева

Награды А.Е. Снесарева

Труды А.Е. Снесарева

Фотоальбом А.Е. Снесарева

Статьи об А.Е. Снесареве

Документы, касающиеся А.Е. Снесарева

Вопросы

Гостевая книга сайта А.Е. Снесарева

Наши контакты

Наш баннер

Наши друзья

Рейтинг@Mail.ru

Виньетка          

             Статьи об А.Е. Снесареве

Вклад Снесарева в постижение войны

 

         1. Вклад Андрея Евгеньевича Снесарева в теоретическое и философское постижение войны огромен. Только он его полностью не систематизировал, а исследователи его творчества долго не обращались к этой теме. Да, собственно, не было самой такой возможности. Только в начале XXI века началась публикация его рукописей, в которых рассматриваются военно-философские проблемы. В 2001 году в Академии ГШ была опубликована рукопись Снесарева (1924 г.) «Жизнь и труды Клаузевица», а в 2002 году – «Философия войны». Обе работы были выпущены мизерным тиражом в 100 экземпляров. Этими работами положена основа для исследования военно-философского наследия Снесарева. Правда, еще не завершена публикация его писем и дневников, в которых также Снесарев обращается к военно-философской проблематике, но эта работа в настоящее время ведется. Таким образом, сейчас уже созданы необходимые условия для исследования и оценки вклада А.Е. Снесарева в военно-философскую проблематику.
         2. Надо заметить, что военно-философские взгляды Снесарева формировались в последнее десятилетие XIX века. В то время в России общественная мысль активно обсуждала философские проблемы войны. К традиционному интересу к войне с позиций как к ней лучше подготовиться и как добиваться в ней победы прибавились более сложные мировоззренческие вопросы: «Почему люди воюют вообще?», «Война – естественное или неестественное явление для природы человека, соответственно, устранимое или неустранимое?» Мнения по этим вопросам поляризовались. Лев Николаевич Толстой, олигарх И.С. Блиох и их сторонники отстаивали взгляды, согласно которым война – это неестественное явление по отношению к природе человека, она может и должна быть устранена, война изжила себя, угрожает разрушить экономику, существующую финансовую систему и т.д. Противоположную позицию отстаивал известный генерал М.И. Драгомиров и его сторонники. Дискуссия велась на отрицании противоположных мнений, продуктивных результатов для науки о войне она не давала, но укореняла в общественном мнении антивоенные настроения. Во время этих словесных баталий по, казалось бы, абстрактным, а в действительности, судьбоносным для России вопросам, Андрей Евгеньевич Снесарев начал осваивать военное поприще. В 1888 году, после окончания физмата Московского Университета, отделения чистой математики, он год учится в Московском пехотной училище, затем семь лет служит подпоручиком и поручиком в Лейб-Гренадерском Екатеринославском полку, который размещался в Кремле, в 1896-1899 годах учится а Императорской Николаевской Академии Генерального Штаба, после ее окончания выбирает для службы Туркестанский военный округ, в 1899 году по выбору военного А.Н. Куропаткина направляется в разведывательную командировку-путешествие в Индию, служит в штабе ТуркВО, командует Памирским отрядом, одновременно он усиленно занимается военной географией, практически осваивает ряд языков народов Азии, совершает научную командировку в Англию, становится крупным специалистом по страноведению, восточным языкам, культуре и истории народов Среднего и Ближнего Востока. В конце 1904 года его переводят в Главное Управление Генерального Штаба в Петербург.
         Как следил за военно-философской мыслью, и какие лично выводы сделал Снесарев в эти годы, конкретно не известно. Но известна его оценка позиций основных участников спора о войне, данная в курсе лекций по «Философии войны», созданном в 1919 году.
         «Только в России могла найти себе приют и поощрение такая компиляторская мазня – невежественная и нескладная – как пятитомное творение И.С.Блиоха «Будущая война», а почему, да только потому, что она всеми неправдами старалась доказать, что война, во-первых, дело в высокой степени мерзкое и что, во-вторых, она в будущем должна прекратиться по целой сотне мотивов, которые старательно вымучивал из своей банкирской головы почтенный автор, и которые блестяще фактическим издевательством были разбиты в минувшую великую войну 1914-1918 г.г. Пять книг едва ли кто удосужился прочитать, но главную мысль уловили, книгу одобрили и оказали ей приют. Затем, опять-таки, только в России мог найти себе столь плодотворную жатву Л.Н. Толстой, как художник, давший нам дивные образы военных и чарующие картины боевых обстановок и столкновений, но как мыслитель старавшийся все свои – с этой стороны небольшие – ресурсы приложить к тому, чтобы опорочить, высмеять и унизить войну и все военное. И многие ли насладились великим военным художником, но маленького военного мыслителя расценило и превознесло большинство».
         3. Первая Мировая война существенно повлияла на формирование военно-философских взглядов А.Е. Снесарева. В качестве фронтового полковника и генерала он пробыл на этой войне более трех лет (с июля 1914 г. по ноябрь 1917 г.). Как сложившийся ученый, Снесарев всесторонне изучал войну и делал удивительно глубокие военно-философские выводы. Они зафиксированы в его письмах и дневниках.
         С ходом войны Снесарев все больше интересуется вопросами стратегии, хотя ее проблемы не входили в круг его служебной деятельности, но к этому его побуждал неудачный ход войны. Его интересуют не только частности войны, проблемы военного искусства, но и война как общественное явление, ее природа, постоянные и переменчивые факторы, их соотношение. Мысль его непрерывно углубляется с ходом войны. «Война – это что-то особенное, она все меняет, все освещает под своим углом, все расценивает и раскладывает по-своему. О ней книги написаны, а ничего ясного не сказано». (Из письма 28 сентября 1914 г.). Это вывод, сделанный в конце первого месяца войны. Командуя боевыми действиями пехотного полка, полковник А.Е.Снесарев приходит к выводу, что принятая в русской армии тактика не отвечает условиям и требованиям ведущейся войны. Он считает, что для разработки новой, огневой тактики надо опереться на арсенал отечественной военной истории, взять из него подходы Суворова и Скобелева. Он это делает, но тактика не решает всех проблем успешного ведения войны. Это все больше с ходом войны беспокоит и возбуждает желание послужить в штабах, причастных к решению стратегических вопросов. «Война полна загадок, и нам, которые живут и мыслят в ее сферах, хочется возможно глубже проникнуть в ее тайники, как духовные, так и материальные. И странно, каждая война идет со своими законами и правилами, ломает то, что было как будто бы и прочно установлено ее предшественницей, создает новое полотно истин. Я часто по целым часам ломаю голову над целой суммой вопросов, и свое бессилие их решить объясняю недостаточно удобной перспективой моего положения… слишком у меня в моей работе мало стратегии и все заполнено сплошной тактикой». (Из письма 6 мая 1915 г.)
         Его все больше занимают проблемы войны как общественного явления. «Удивительно, как меняется на войне обстановка; то, что людьми переживается месяцами, а государствами в сотни лет, на войне первыми переживается в часы или минуты, а государствами в месяцы». (Из письма 23 августа 1915 года).
         Снесарев считает, что постижение идущей войны чрезвычайно важно для будущих поколений. «Веду дневник почти без пропусков. Мне очень жаль, что в бытность с Павловым я не мог делать чего-либо подобного; но командир полка более вольный человек, чем начальник штаба, который не может позволить себе такую роскошь. О событиях в дневнике я пишу мало, больше останавливаюсь на думах и впечатлениях, проверяю свои старые выводы и мало помалу стараюсь разобраться в легионе поднятых войною тем. Она должна перевернуть всю Европу, перечертить государства, пересмотреть некоторые науки и дать новый тон искусствам; и нам надо суметь почерпнуть из нее все те поучения и выводы, которые только можно сделать, дабы по возможности облегчить плечи наших детей и внуков». (Из письма 28 августа 1915 года).
         Мысль его в постижении войны все время идет дальше, приходит к выводу, что способности народа и государства вести войну закладываются задолго до ее возникновения: «Воюют не в момент только войны, а воюют много раньше, чем раздались первые звуки выстрелов: женщины рожают и воспитывают воинов, ученые изучают войну и ее новые формы, заводы льют пушки и готовят снаряды… Да еще вопрос – насколько 2-е и 3-е существенное дело, может быть, зерно победы в том, кто кого перерожает, какой страны женщина более окажется сильной в выполнении своей государственной задачи». (Из письма 9-10 февраля 1917 года).
         Приведенные положения позволяют сделать вывод, что совершенно не случайно А.Е. Снесарев – генштабист и строевой командир (в годы Первой мировой войны он был начальником штаба казачьей и пехотной дивизий, армейского корпуса, командовал полком, бригадой, дивизиями, армейским корпусом, а в Советское время он был военным руководителем и организатором Северо-Кавказского военного округа, командующим Западным участком Завесы, отдельной армией – Белоруско-Литовской 16) будучи назначенным в 1919 году начальника Академии генерального штаба РККА (на этой должности он пробыл два года), он начал с разработки программы и создания курса лекций по «Философии войны». До него такого курса не было. Снесарев посчитал его необходимым для полноценного военного образования. Он посчитал, что вкрапление философии в стратегию было неоправданным, малопродуктивным.
         4. Снесарев исследовал мнения о войне известных авторитетов науки и культуры и сделал вывод, что мнения людей о войне мало что значат. Они прекрасны по форме, но все они находятся на уровне веры, а не науки. Практический смысл их нулевой, или негативный, дезориентирующий общественное мнение. Война как бы властвует над судьбами народов, независимо от отношения к ней тех или иных личностей, групп и даже целых народов. Поэтому задача науки заключается в изучении войны, ее исторической эволюции, реалистической оценки хода исторического развития. Борьба против войны без глубокого знания природы миро-военного алгоритма истории мало продуктивна, а порой и контр продуктивна.
         Андрей Евгеньевич Снесарев на основе изучения Первой мировой войны сделал целый ряд глубоких выводов о новых тенденциях в развитии войны.
         Война ведется не только мечом, а и другими средствами, в том числе пропагандой. «Мы думаем, что стратегии так же, как операции или бою, свойственна непрерывность напряжений, ударность без отдыха и ослаблений до окончательного повала на колени: философски нельзя мыслить себе стратегию, понимая под таковой специальный вид людской деятельности, как напряжение с перерывами; в той борьбе не на живот, а на смерть, которую она олицетворяет, нет места ни пощаде, ни отдыху, ни перерывам. А непрерывность усилий и вместе с этим и единство стратегии будут тогда лишь восстановлены, если «операции» придать более уширенный смысл, чем тот, который ей придает автор; тогда промежутки между «операциями» автора не будут провалами, а лишь какими-то другими операциями, в которых стратегия работает не мечом, а другими средствами, хотя бы и чужими - агитацией, сокрушением вражеской экономики, обгоном в воссоздании своих сил и т.п.»
         Война идет вширь и глубь по охвату сфер общественной жизни и территорий воюющих государств. Войну нельзя ограничивать полями сражений, как это было в прошлые века.
         Заглавную роль в военной борьбе играют информационные процессы. Вот как об этом он пишет в рецензии на книгу А.В.Сергеева «Стратегия и тактика Красного Воздушного Флота»: «Никак нельзя согласиться с распределением задач авиации (64 стр.) в той его части, где в качестве параграфа приведена задача: "пугать, давить на психику войск и населения". Эта задача не является слагаемым, а основной задачей, синтезом всех остальных; для нее и, главным образом, для нее выполняются остальные задачи: наблюдается или поражается противник, разрушаются мертвые цели, ведется политическая работа и т.д. Война, а в частности бой, есть накопление ужасов, прежде всего, ведущее к потрясению и конечной прострации духа и нервов армии и народа... Не сам ли автор упоминает о прекрасных словах Серинии, который поражение психики врага считает конечной целью боя».
         Особое место у Снесарева занимает исследование и оценка творчества Клаузевица. Как уже говорилось, в 1924 году им написана специальная работа, в качестве обширного предисловия к изданию основного труда Клаузевица «О войне». В результате получился самостоятельный труд, одно из лучших исследований творчества Клаузевица, как военного философа. В нем Снесарев дал удивительно глубокую краткую оценку всех восьми частей этого труда. Особый философский интерес имеет его оценка первой части. Позволю себе привести ее полностью:
         «Первая часть устанавливает тот исходный базис, который является особенностью творения Клаузевица и делает последнее всеобъемлющим и великим. Он устанавливает природу войны не только как «чисто военного» явления, а как общесоциального, лежащего в природе человеческих отношений и в особенности природы самого человека. Этот широкий базис даёт ему возможность сблизить войну с другими явлениями и вложить её в общую систему человеческих деяний страданий и радостей. Книга сразу получила необъятные горизонты, она этим-то выбилась на первое место среди груды сырья и посредственности.
         Из подобного определения войны вытекла затем, как логически естественная формула, что стратегия является ничем иным, как продолжением той же политики, но с иными средствами... формула, разорвавшая, Гордеев узел старых путаниц и сентиментальностей.
         Но из той же основной базы автор вывел и другую идею также капитальной важности, идею о двойной природе стратегии, об её полярности. Так как эта идея была им только набросана, а разработать её он не успел, то крупнейшая идея была заглушена громом решительных кампаний 1866 и 1870-71 гг. И прочно забыта. Только на наших днях, трудами исторической критики, а также многострадальными событиями мировой войны 1914-1918 гг. эта идея вновь оживлена и тем за Клаузевицем восстановлена честь её создания».
         Речь идет о стратегии сокрушения и измора. Что касается стратегии сокрушения, то она не вызывала больших споров, наоборот, была понятна. Поскольку нашла яркое подтверждение в указанных войнах Пруссии с Австро-Венгрией в 1866 году и с Францией в 1870-71 гг. В Первой мировой войне имели место и стратегия сокрушения, и стратегия измора. Однако последней не было уделено должного внимания, она была отнесена на счет отсутствия больших полководческих талантов в этой войне, не нашедших Поэтому не были оценены такие факторы стратегии, как информационно-пропагандистская борьба, восстановление и наращивание военно-экономического потенциала, использование внутренней политической борьбы, создание групп влияния и т.д. В Советское время после Первой мировой войны абсолютизировалась стратегия сокрушения, обращение к стратегии измора некоторые военные теоретики трактовали как пораженческий капитулянтский подход. Он был неверным и с теоретической точки зрения, как не учитывающий двойственную природу военной стратегии, так и ущербным с практической точки зрения, так как в войнах стратегия не только избирается, но и диктуется складывающейся обстановкой.
         Недооценка стратегии измора продолжалась и после Второй мировой войны. В ее анализе и оценках особое внимание уделялось ударным операциям. Появление ракетно-ядерного оружия еще больше усилило акцент на ударную стратегию, хотя масштабы сокрушения от ракетно-ядерных ударов переходили границы всякой рациональности при большом накоплении этого оружия обоими сторонами. Выход был найден в стратегии измора. Наряду с поддержанием готовности к ракетно-ядерной дуэли была развернута нетрадиционная война, которую назвали Холодной. Эта война длилась почти полвека. Тенденция развития войны в этом направлении была осознана А.Е. Снесаревым очень глубоко. Он не просто высоко оценил глубокие философско-социологические понимание войны Клаузевицем, но и существенно развил его идеи на основе войн второй половины XIX и первых десятилетий XX века, прежде всего, Первой мировой войны.
         Снесарев не только по достоинству оценил широкий социологический подход Клаузевица к войне, как общественному явлению, но и указал на сумму тех факторов, которые расширяли содержание войны и позволяли преодолеть узкопрофессиональный подход к ней, как только к процессу ведения вооруженной борьбы. В этом отношении к числу особых заслуг Клаузевица он относил морально-психологическое состояние войск и народа и интеллектуальные способности руководства: «Устанавливая широкую базу для понятия войны Клаузевиц естественно должен был расширить и сумму обусловливающих её факторов. Среди них мы видим ясно подчеркнутую категорию моральных факторов и тех причин, какие ведут к их подъёму или понижению. Среди двигателей, влияющих на бой, автор выделяет два: страсти, охватывающие нацию и гений полководца. Это конечно, далеко не полная сумма, о средствах могущих вдохновить армию, почти не говорится, но как метод, это было поучительной новостью. Зато анализ военного гения поражает блеском содержания и широтой своего замысла. Среди пружин морального настроения мы находим интересно проанализированными страх, физические напряжения, сведения на войне, трения, - термин, введённый автором впервые и т.д.»
         Со времени Снесарева война далеко ушла вперед на плечах научного и производственного прогресса XX века. Сегодня она способна стать средством не только суицида по отношению к отдельным народам, но и актом геноцида для рода человеческого. Большие успехи сделала военная наука, как наука о подготовке и ведении войны. Но немного сделано в развитии науки о войне, как общественном явлении. Причин отставания науки о войне много. Но среди них немаловажной является и такая, как невостребованность отечественной военно-философской мысли, творческого наследия А.Е. Снесарева, Н.Н. Головина, Н.Л, Кладо, упорно работавших над развитием науки о войне. Именно опираясь на их труды, и прежде всего, на труды Снесарева, современная военно-философская мысль может и должна сделать крупный шаг в постижении природы и современн6ых тенденций развития войны, миро-военного алгоритма исторического процесса.

Профессор И.С. Даниленко.

  Виньетка

Наверх  |  На главную |  О Снесареве

Снесарев А.Е.