Сайт, посвященный Андрею Евгеньевичу Снесареву

Сайт, посвященный геополитику-востоковеду генералу Андрею Евгеньевичу Снесареву

 

Новости сайта А.Е. Снесарева

Биография А.Е. Снесарева

Награды А.Е. Снесарева

Труды А.Е. Снесарева

Фотоальбом А.Е. Снесарева

Статьи об А.Е. Снесареве

Документы

Вопросы

Гостевая книга сайта А.Е. Снесарева

Наши контакты

Наш баннер

Наши друзья

Рейтинг@Mail.ru

Виньетка          

          Лекции и выступления А.Е. Снесарева

Выступление в прениях по докладу М.А. Петрова
«Малая война на море».

         Разрешите мне сказать несколько слов.
         Собеседование прошлого раза носило у нас совсем другой характер, чем собеседование сегодняшнее. Сегодня большинством ораторов был взят очень сильный тон и резко критикующее направление. Один из них осуждал тов. Петрова за то, что тот, якобы вел полемику против кого-то, кого-то сокрушал. А я получил впечатление, что М.А. Петровым взят исключительно спокойный и объективный тон. Подобное настроение сегодня я хочу оттенить. Я хочу оттенить это потому, что глубоко признаю, и другие, может быть, согласятся с этим, что научное исследование протекает деловито и успешно только при объективной обстановке, корректном отношении к докладчику и разумном сужении вопроса. Если же рядом с научными и практическими вопросами начинают выступать намеки, проникновение в сердца и даже чтение того, чего М.A. Петров не говорил, то - простите, пожалуйста,- с этого момента научное исследование как таковое, умирает и начинается спор и пререкания; на объективном научном исследовании, как я понимаю дело, в таком случае ставьте крест. Эта страстность суждений заставляет в пылу полемики прибегать к очень, на мой взгляд, рискованным положениям, играть фактами и спорить против таких истин, к которым давно привыкла научная мысль, независимо какая: марксистская или старая, буржуазная.
         После этого предисловия, я остановлюсь на некоторых вопросах по существу. Подымается большой вопрос о том, что такое стратегия и при этом попутно набросано много сомнений и уйма иронии. Современную стратегию понимают обыкновенно, как науку о войне в целом, т.е. совокупность правил и норм, которые исчерпывают всю войну, а не какой-то кусок или эпизод ее, войну в целом, т.е. подготовительный период ее, развитие и завершение. Если так понимать эту науку, как понимают и Свечин и я, и другие европейские ученые, то тут не придется говорить о морской стратегии, воздушно-флотской и сухопутной. Таких нет. Есть одна стратегия, хотя операции будут разные: морские, сухопутные, воздушно-флотские и т.д. Если у критика на этот счет имеются свои более совершенные мысли, пусть поделится ими… выслушаем и может быть, бросим свои.
         Это первый вопрос.
         Второй вопрос возникает такой, к сожалению, он часто встречается: говорят, что мы обороняться будем, но не будем преследовать наступательных целей. Это глубокое заблуждение, и я давно как в специально военных кругах, так и в политических борюсь, как могу, с этим неправильным суждением. Простите за плохую аналогию, но оно напоминает февраль 1917 года, когда солдаты, не хотя воевать и потерявши всякую волю к победе, говорили, что они будут обороняться, но не наступать. На войне этот рецепт не годится. Здесь одна дилемма или не воевать, или воевать, как следует. Если же внушить противнику мысль, что вы будете только обороняться и не пойдете до Берлина или Лондона раз это стратегически будет необходимо, тогда вложите мечи в ножны, тогда воевать не надо.
         Приведу пример по моей другой специальности. В старое время я говорил и в данное время говорю (рассуждаю как военный), что сидеть, сложивши руки на Среднеазиатском театре и начать воевать тогда, когда англичане уже перейдут за Гиндукуш и будут идти к Амударье - это будет не война, а игра в жмурки. Я категорически говорю и никогда не отступлю от своей мысли: если нам придется дойти до войны с англичанами в Средней Азии, надо будет сейчас же переходить в наступление на Индию. Это будет правильное понимание и войны и наших оборонительных тенденций. Нигде чистая оборона не может приносить какие-либо плоды и никогда их не приносила.
         Эту свою идею я хочу перенести в специальную морскую область: хотя я в этих вещах и очень мало понимаю, но осмеливаюсь сказать, что идея мелкого флота или только прибрежной обороны говорит о чисто пассивной обороне, т.е. о неизбежном поражении и только идея линейного флота вносит освежающую струю в исповедование некоторыми стратегического самоубийства. Если же от идеи пассивной обороны отказаться нельзя, тогда нужно отказаться от войны. Может быть, потом в далеком будущем мы и совсем вычеркнем из обихода войну - это зло человечества, но пока политика диктует необходимость защиты великих заветов Ленина и тем грубым оружием, которое называется войной, воевать нужно и воевать как следует, а не играть в войну.
         Последний оратор говорил, что «Гебен» и «Бреслау» на Черном море никаких стратегических задач не достигли. Как нет? Почитайте литературу. Труднейшая Галлипольская операция, которая так нудно и скверно велась, разве она не пыталась раскрепостить Россию от экономических тисков созданных этими кораблями. Прочитайте об этом хотя бы у Фалькенгайна. Но «Гебен» и «Бреслау» вызвали не одну указанную операцию. Они заставили нас направить огромнейший груз через Владивосток, торопливо удваивать Архангельскую колею, еще торопливее строить Мурманскую… Как же никакой стратегической роли? Можно ли утверждать такие вещи?
         Но в связи с этой идеей я встречаю еще более странное суждение, что какое-то судно, какое-то вообще оружие может иметь военное значение не в силу боевой работы или возможной работы, а в силу одного факта своего пребывания. Этой идее больше 100 лет, и больше 100 лет тому назад она не только была раскритикована, но и высмеяна Клаузевицем. Он доказал с очевидностью, что ни одна вооруженная сила сама по себе не имеет значения, если она в себе не несет потенциала реальной боевой силы, потенциал кулака, ударяющего в нужную минуту.
         Вспомните старую гвардию Наполеона; она являлась большим фактором сражений, но не потому, что присутствовала на полях битв или орала во всю глотку "ура" при виде Наполеона, а потому, что каждую минуту она могла быть пущена в дело… и она была пущена на полях Ватерлоо и вся полегла…
         Теперь относительно малой войны. Она имеет свою литературу и своих авторитетов - Клаузевица, Леера... Здесь все больше опирались на Балха, но какой же авторитет этот торговец чисто тактическим товаром в области стратегии? У Леера вы найдете полный и надежный материал и достаточно точное определение малой войны по идее, по обстоятельствам и по соответствующим силам. Когда мы вдумаемся в природу малой войны, нам кажется странным утверждение, что мы будем вести какую-либо одну войну,- или только большую или только малую. Никогда этого не бывает. Недаром Клаузевиц говорил, что война имеет страшные градации, она хамелеон. Проследите историю. Война, ведомая на огромных пространствах, будет гибка, изменчива, в одних углах она примет одну окраску, в других другую.
         Я боюсь, что мы сегодняшним нашим собранием отошли от существа вопросов, поднятых М.А. Петровым, и распылились по слишком широким областям. Являясь по преимуществу техниками военного дела, мы должны держаться технических вопросов, иначе наши последующие рассуждения выльются в ряд споров на темы, в которых многие из нас явятся чистыми дилетантами. Вот оратор, которой говорил о всем - и географическом, и экономическом, и политическом, но забыл сказать о техническом… Это опасно. Мы собрались, чтобы заняться непосредственно своим делом, а мы отвлекаемся в такие области, которые к этому делу имеют порою лишь косвенное значение.
         Наконец, я отвечу по вопросу о разрыве со старым. Здесь так часто возвращались к этой теме. Я этого понять не могу. Прочитайте Маркса, прочитайте прекраснейшие строки Ленина, как они говорили о культурно-материальных достижениях прошлого, как предостерегали против разрыва с ним. Ведь, как при старых порядках, так и при нынешних у нас те же самые объекты. Как старому правительству нужно было решить трудную проблему флота, так и нам и притом при резко совпадающей обстановке: бедность, техническая отсталость, разобщенность театров, "сухопутственность" страны т.д. Цели у нас иные, но не техника и не способы ее применения. Отклонившись от техники, мы говорим о политике и увлеклись политикой, переходим к трудным и страстным вопросам… На сцену появляются неделовитость, споры и забывание дорогого для нас и знакомого нам дела. Мой добрый совет и просьба: держитесь ближе к технике.

7 июня 1928 г.

  Виньетка

Наверх  |  На главную  | Военные статьи

Снесарев А.Е.